О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Украина | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Болотное дело
Читайте нас:
На основном сайте Граней: http://graniru.org/opinion/milshtein/m.252053.html

статья Условные переговоры

Илья Мильштейн, 08.06.2016
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Реклама

Надежда Савченко давно знакома с Игорем Плотницким. Впервые они увиделись года два назад, когда так называемый глава самопровозглашенной ЛНР допрашивал ее, захваченную в плен в ходе боестолкновений у поселка Металлист. А потом, если верить его словам, велел отпустить. Если же не верить и придерживаться фактов, то он, получив приказ из Москвы, дисциплинированно отправил заложницу в Россию. В наручниках и с мешком на голове.

Спустя год и пять месяцев они встретились вновь. В зале Донецкого городского суда Ростовской области, где Плотницкий выступил с довольно неожиданными речами. Так, он сообщил, что Савченко никогда не говорила ему, будто служила корректировщиком огня. Еще свидетель проинформировал суд о том, что уважает ее "как офицер офицера", а процесс в Донецке назвал "политическим". Обращаясь к похищенной и производя фурор, он даже заявлял, что "ждет ее на свободе".

Все это важно вспомнить, размышляя о вчерашних предложениях депутата Савченко. Она полагает, что шансы на преодоление кризиса в Донбассе могут появиться при выполнении трех условий. Во-первых, необходимо продлевать и продлевать санкции против России. Во-вторых, надо вести прямые переговоры с руководством ДНР и ЛНР, причем в этих диспутах летчица готова принять личное участие. В-третьих, пришла пора, как она выразилась, "улыбнуться друг другу" - и "все у нас получится".

И тогда, хочется прибавить, наверняка вдруг запляшут облака. То есть сразу покончить с аналитикой, не без оснований указывая на то, что Надежда после освобождения все еще находится в состоянии некоторой эйфории. Мягко говоря, под сомнением и второй пункт. Известно же, что Путин и его пропагандисты постоянно твердят, что конфликт на востоке Украины киевское руководство должно разрешать в ходе прямых дискуссий с боевиками, которых в Москве называют ополченцами. Складывается впечатление, что Савченко, слабо разобравшись в ситуации, невольно подыгрывает Кремлю. Вот и Денис Пушилин, так называемый полпред самопровозглашенной ДНР, уже благодарно откликнулся на ее предложения и выразил желание вступить в переговоры. Он тоже за диалог.

Понятное дело, полноценный диалог невозможен, и проблема не только в том, что украинцы разучились улыбаться, думая про Донбасс. Главная проблема сводится к тому, что никаких народных республик там не существует. А имеется большая территория, отторгнутая у Киева при помощи российских войск и российской боевой техники. Оттого беседы с главарями и полпредами самопровозглашенных анклавов являются бессмысленной тратой времени.

Разговаривать надо с высшим руководством России, да и то не сегодня, а позже, когда оно сменится в Кремле. В далеком будущем, когда это будущее наступит.

Тем не менее речи и призывы Надежды Савченко, если отставить улыбки, вовсе не бесполезны. Имеется в них и рациональное зерно. Просто задача-минимум, которую она и украинские политики высшего звена ныне решают, не связана с возвращением оккупированных территорий. Задача заключается в том, чтобы вернуть всех находящихся в плену соотечественников, и сама бывшая заложница об этом говорила вскоре после освобождения. В тот день, когда впервые выступала в Раде и снимала с парламентской трибуны плакат со своим портретом, заменяя его баннером с портретами украинских политзеков.

А эта цель не кажется совсем уж недостижимой. Тем более после того как Савченко вернулась домой. Всякое в жизни бывает, в том числе и чудеса, с которыми быстро свыкаешься.

И тут я бы вернулся к тому, с чего начал. Надежда Савченко давно знакома с Игорем Плотницким, к тому же они люди военные. О судьбе пленных с обеих сторон договариваться им будет легче, нежели большому начальству. К тому же он ждал ее на свободе, сам говорил, и вот дождался. Радуется небось.

Правда, Плотницкий в большой политике человек бесправный. Судьбы тех, кого приговаривают и удерживают в России, ему неподвластны, он может разве что явиться по вызову в суд и достоверно сыграть роль грубоватого, но честного сепаратиста. Однако едва ли в Москве контролируют всех заложников, сидящих по луганским и донецким подвалам. Многих еще можно оттуда вытащить в рамках локальных обменных спецопераций. Разумеется, не столь громких, как одновременное освобождение Савченко, Ерофеева и Александрова, но ведь родителям, женам и детям тысячные толпы репортеров ни к чему. Им только бы увидеть снова своих детей, мужей, отцов. Живыми.

Ну и пункт первый из предложенных депутатом Рады наверняка будет оказывать определенное воздействие на Москву. В дискуссиях на общие темы и в конкретных спорах о том, когда и как Владимир Владимирович, руководствуясь принципами гуманизма, начнет освобождать очередных томящихся в России заложников. Санкции эффективны, что бы там ни говорили в Кремле и в МИД РФ, пример Савченко перед глазами, и хочется верить, что ей удастся, возобновив полезное знакомство с дознавателем и свидетелем, установить контакт и с другими такого рода мужчинами. Свою миссию она сегодня видит в том, чтобы спасать людей, и следует предположить, что именно у нее, человека прямого и наивного, возможностей и душевных сил побольше, чем у политиков и дипломатов. Что ей удастся освободить многих.

Тогда можно будет и улыбнуться, глядя в глаза очередному партнеру по переговорам. Одними губами. Как принято в подобных случаях.

Илья Мильштейн, 08.06.2016

Loading...

новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама




Наши спонсоры
Выбор читателей